Обобщая соответствующие исследования, в которых обнаружено значительное расхождение между отношениями, выявляемыми в социометрическом тесте, и реальными отношениями, Н. Гронланд приходит к выводу о его причинах: социометрические результаты информируют не только об актуальных, но и о желаемых отношениях, между тем как наблюдение открывает лишь актуальные отношения, где далеко не всегда реализуются многочисленные стремления к взаимности, ограничиваемые «условиями среды, личными задержками, отсутствием взаимных эмоций со стороны желаемого партнера» (444, 159).

Фактически к аналогичным результатам пришли и исследователи данной проблемы в нашей стране. Л. В. Артемова обнаружила, что в дошкольных группах совпадение выборов и общения происходило в 19–24 % случаев (16). Она высказывает предположение, что по этому числу можно судить «о количестве общений, возникших благодаря симпатиям». Правда, сам приведенный количественный уровень трудно оценить, поскольку здесь соединены данные о детях с четвертого по седьмой год жизни без возрастной дифференциации.

В исследовании Ю. В. Янотовской (414а, 415) в двух группах учащихся десятых классов общеобразовательной школы и в одной группе профтехучилища сравнивались результаты социометрического опроса по критерию «К кому из своих товарищей ты обратишься за помощью в случае затруднения?»



(Имелась в виду конкретная ситуация на уроке токарного дела и данные прямых наблюдений в соответствующей реальной ситуации.) Как и следовало ожидать, между двумя рядами результатов обнаружились значительные расхождения, которые автор объясняет тем, что «в прогнозируемом выборе решающую роль играют социальные ожидания группы, мастера, которые известны и ученикам, так как зафиксированы в оценочных штампах данного коллектива», а в «реальных выборах контактах определяющую роль может играть деловая ориентированность и эмоционально окрашенные связи» (415, 134–135).

Данная проблема, безусловно, нуждается в дальнейших исследованиях, в ходе которых необходимо учитывать ряд специфических особенностей экспериментальной процедуры и внутрисоциометрических показателей. Говоря об уровнях «реальности» социометрической ситуации в связи с организацией процедуры опроса, А. С. Морозов приводит весьма выразительную схему соотношения ситуационных и личностных факторов, определяющих выбор:


1. Анонимный письменный выбор, где вероятность проявления личностных предпочтений «в чистом виде» наибольшая.

2. Неанонимный письменный выбор: желание, возможно, находится в конфликте с некоторыми ценностными представлениями индивида.

3. Неанонимный письменный выбор с практическими последствиями. Возможна большая коррекция со стороны выбирающего.

4. Устный выбор в интервью.

5. Невербальное поведение в гипотетической ситуации (например, исполнении роли в ролевой игре).

6. Невербальное поведение в реальной (не гипотетической ситуации).

7. Группа сформирована извне, например школьный класс. Личное желание субъекта не играет роли (264, 78–79).


Несмотря на всю относительность различия выделенных ситуаций, данная схема может оказаться, полезной при сравнении результатов, полученных по разным методикам. В исследовании Ю. В. Янотовской сопоставлялись результаты 3 й и 6 й экспериментальных ситуаций.